Игра Что? Где? Когда?

26 апреля 2017 года в Интеллектуальном клубе в Одессе юристы сыграли в игру ЧТО? ГДЕ? КОГДА?

 

Адвокатская компания «Семенов и партнеры», Одесса

 

 

Суд признал незаконным дважды штрафовать работодателей

 

Анна Батурина,
АБ «Семёнов и партнёры»

 С 01 января 2017 года значительно увеличены размеры штрафов юридических и физических лиц-предпринимателей, которые используют наемный труд. Примечательно, что статья 41 Кодекса об административных правонарушениях предусматривает административные санкции, а статья 256 Кодекса законов о труде – финансовые, дублируя при этом диспозицию правонарушения.
Органы Государственной службы Украины по вопросам труда, выявив нарушения законодательства о труде, предусмотренные данными статьями, составляют протоколы одновременно по обеим статьям и взыскивают сразу два штрафа, обосновывая разными видами ответственности.
Данный факт вызывал неоднозначное мнение у правоприменителей о возможности дважды привлекать к ответственности за одно и тоже правонарушение, в нарушение статьи 61 Конституции Украины.
6 февраля 2017 года Николаевским окружным административным судом вынесено Постановление, которым признано незаконным подобное двойное наказание и отменено Постановление управление гоструда в Николаевской области о наложении штрафа. (http://www.reyestr.court.gov.ua/Review/64653117)
Судебное решение обосновано ст. 61 Конституции Украины и ст.4 Протокола №7 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. «Никто не может быть повторно привлечен к суду или наказан в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое уже был оправдан или осужден в соответствии с закона и уголовной процедуры этого государства.»
Необходимо отметить, что в соответствии с практикой ЕСПЧ («Надточий против Украины», «Озтюрк против ФРГ», «Энгель и другие против Нидерландов» «Равнсборг против Швеции», «Путц против Австрии» и др.), гарантии прав человека, предусмотренные Конвенцией по уголовному производству, распространяются в том числе и на другое публичное преследование лица, если такое преследование возможно определить уголовно уголовно-правовым по национальному праву; кругом адресатов и правовыми последствиями для адресатов («тест Энгеля»).

Читайте также: Суд признал законным увольнение сотрудника, призванного на воинскую службу

Учитывая, что нормы абз.1 ч.2 ст.265 КЗоТ и ч.2 ст.41 КУоАП распространяются на неопределенный круг лиц, а также предусматривают наказание лица в значительном размере, их можно рассматривать как уголовное преследование в понимании Конвенции, даже учитывая то, что национальное законодательство не определяет их, как уголовное.
Диспозиции абз.1 ч.2 ст.265 КЗоТ и ч.2 ст.41 КУоАП в части определения указанного правонарушения, абсолютно тождественны:
— «фактический допуск работника к работе без оформления трудового договора (контракта)», которые не имеют никакой различия.
— субъекты ответственности, как за абз.1 ч.2 ст.265 КЗоТ, так и по ч.2 ст.41 КУоАП полностью совпадают.
— в обоих случаях в санкциях статьи предусмотрен один и тот же вид взыскания штраф в денежной форме.
Именно штрафной характер ответственности, предусмотренной абз.1 ч.2 ст.265 КЗоТ и ч.2 ст.41 КУоАП, дает основания отождествлять эти нормы, как один вид ответственности, который в соответствии с целями Конвенции считается уголовным.

Апелляционное производство по данному делу пока не начато, однако информация о вступлении в силу данного решения на Едином реестре судебных решений пока также отсутствует.
К слову стоит также отметить, что 25.01.2017 г. в Верховной раде Украины зарегистрирован законопроект № 5177 Проект Закону о внесении именений в некоторые законодательные акты Украины относительно регулирования административной ответственности за нарушения трудового законодательства, которым предлагается в статье 254 Кзота предусмотреть ответственность работодателей в границах санкций, указанных в статье 41 КУоАП.
Второй альтернативный законопроект № 5111-1 от 09.02.2017 р. также предлагает уменьшить размеры штрафов:
— за фактический допуск работника к работе без оформления трудового договора (контракта), оформление работника на неполное рабочее время в случае фактического выполнения работы полное рабочее время, выплаты заработной платы без начисления и уплаты ЕСВ и налогов предлагается снизить с 30 до 10 МЗП;
— за нарушение установленных сроков выплаты заработной платы работника — с 3 до 1 МЗП;
— за несоблюдение минимальных государственных гарантий в оплате труда – с 10 до 3 МЗП.
— за не допуск к проведению проверки по вопросам соблюдения законодательства о труде и занятости населения, по которой соблюдены все определенных законом требований и / или создание препятствий для проведения такой проверки – с 100 минимальных заработных плат до 100 – 300 необлагаемых минимумов доходов граждан.

 

Автор: Анна Батурина, адвокатская компания «Семёнов и партнёры», Одесса

Клевета в совершении преступлении может быть опровергнута в суде

Анна Батурина,
АБ «Семёнов и партнёры»

Размещение до результатов проверки копии поданного заявления в любых средствах массовой информации, социальных сетях, либо иное распространение будет расценено как фактическое утверждение, а не как оценочное суждение или реализация права человека на обращение. Соответственно, иск о об опровержении недостоверной информации в таком случае подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. ст. 34, 40 Конституции Украины, п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства физического и юридического лица» от 27.02.2009 года №1, все граждане имеют право направлять индивидуальные или коллективные письменные обращения, лично обращаться в органы государственной власти, органов местного самоуправления и должностных и служебных лиц этих органов, которые обязаны рассмотреть обращение и дать обоснованный в ответ в установленный законом срок.

Согласно решения Конституционного Суда Украины от 10 апреля 2003 года положения ч. 1 ст. 7 Гражданского кодекса Украинской ССР «распространивший такие сведения» в аспекте конституционного обращения следует понимать так, что изложение в письмах, заявлениях, жалобах в правоохранительный орган сведений лицом, по мнению которого должностными или служебными лицами этого органа при выполнении функциональных обязанностей нарушено ее право не может считаться распространением сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию или наносят вред интересам этих лиц.

Читайте также: Практика ЄСПЛ: Звільнення від відповідальності за розповсюдження негативної інформації

В случае, если лицо обращается в указанные органы с заявлением, в котором содержится та или иная информация, и в случае, если этот орган компетентен проверить такую ​​информацию и дать ответ, однако, в ходе проверки информация не нашла своего подтверждения, указанное обстоятельство не может сама по себе служить основанием для удовлетворения иска, поскольку в таком случае имела место реализация лицом конституционного права, предусмотренного ст. 40 Конституции Украины, а не распространение недостоверной информации.

Однако, данная догма не является абсолютной гарантией того, что заявителя не привлекут к ответственности за ту информацию, которая изложена в заявлении.

К такому выводу пришел Днепровский районный суд г. Києва в решении от 09.08.2016 г., которое оставлено в силе апелляционной инстанцией (http://www.reyestr.court.gov.ua/Review/59641375):

«Поширення відповідачами інформації щодо позивача до отримання результатів перевірки цієї інформації компетентним органом у спосіб, який мав місце у даній справі, — шляхом оприлюднення фотографічних зображень колективного звернення в мережі Інтернет через соціальну мережу Facebоок на персональних сторінках та доведення такої інформації до відома невизначеного кола осіб з власними коментарями відповідачів про протиправну діяльність позивача, що у контексті та разом з фотографічними зображеннями звернення мають обвинувальний нахил і сприймається, як звинувачення позивача у вчиненні злочинів (кримінальних правопорушень), не може вважатися оціночними судженнями на підставі ст. 30 Закону України «Про інформацію». Таку інформацію можливо перевірити на предмет її відповідності дійсності /здійснити перевірку істинності фактів і спростувати»

Анна Батурина, адвокатская компания «Семёнов и партнёры»

 

Практика ЄСПЛ: Звільнення від відповідальності за розповсюдження негативної інформації

Анна Батурина,
АБ «Семёнов и партнёры»

Згідно статті 10 Конвенції про захист прав людини і основоположних свобод кожен має право на свободу вираження поглядів. Це право включає свободу дотримуватись своїх поглядів, одержувати і передавати інформацію та ідеї без втручання держави і незалежно від кордонів. Здійснення цих свобод, оскільки воно пов’язано з обов’язками і відповідальністю, є необхідними в демократичному суспільстві інтересах національної безпеки, територіальної цілісності або громадського спокою, для охорони порядку або запобігання злочинам, для охорони здоров’я або моралі, для захисту репутації або прав інших осіб.
Проте, свобода слова не може бути безмежна та за її порушення користувача такої свободи може бути притягнуто до відповідальності. Водночас, висловлюючи певні факти або оціночні судження, навіть негативні, особа може бути звільнена від настання несприятливих наслідків за їх розповсюдження.
Європейський суд з прав людини окреслив ознаки, за наявності яких буде дотримана рівновага між принципами демократичного суспільства, свободи слова та права окремої особи на недоторканість її честі та гідності.

У справі «Фельдек проти Словаччини» визначено свободу вираження поглядів як одну з підвалин демократичного суспільства , передумовою самореалізації кожної особи. Вона застосовується не тільки до «інформації» чи «ідей», що сприймаються прихильно, або вважаються необразливими, чи сприймаються байдуже, а також до таких, що ображають, шокують або хвилюють. Стаття 10 Конвенції захищає не тільки суть висловлених ідей чи інформації, а й форму, в якій вони передаються.

В рішенні Європейського суду з прав людини по справі «Українська Пресс-группа» проти України» суд зауважив, що українські суди не можуть переходити межу розсуду, надану національним органам Конвенцією, та повинні враховувати мету, що переслідувалась при розповсюдженні інформації, а також суспільну необхідність.

Читайте також: Оценочные суждения

В рішенні по справі «Газета «Україна-центр» проти України», яке знайшло своє відображення в Постанові Верховного суду України від 7 лютого 2011 року, суд зазначив, що обов’язок невтручання у право на свободу вираження поглядів та розповсюдження інформації, що призвело б до порушення статті 10 Конвенції. Національні суди повинні забезпечувати баланс між потребою захищати репутацію особи та правом розголошувати інформацію, яка становить суспільний інтерес. Суди мають враховувати пропорційність втручання та факт наявності можливості відповісти на оскаржуване розповсюдження. Суди не мають втручатись у право на свободу вираження поглядів та поширення інформації, що є необхідним у демократичному суспільстві.

Під інформацією, що має суспільний інтерес в контексті ч. 1 ст. 3 Конституції України слід розуміти інформацію, яка є важливою (життєво значимою) для значної частини населення на відповідній території.

Позиція суду: «Покарання особи за участь у розповсюдженні висловлювань інших осіб, інформації, яка уже є широко поширеною, за повідомлення інформації, заснованої на інтерв’ю або відтворенні висловлювань інших осіб, відредагованих чи ні, суттєво заважатиме сприянню обговоренню питань суспільного значення та не повинно розглядатись судами».

Рішенням Європейського суду у справі «Лінгенс проти Австрії» зазначено про необхідність повідомляти інформацію, яка становить громадський інтерес, а також про право громадськості на її отримання.

В рішенні у справі «Нова газета» та Бородянський проти Росії» від 28.03.2013. суд підсумував наведені вище критерії свободи слова щодо оціночних суджень та зазначив, що для кваліфікації висловлювань як оціночних суджень необхідна наявність таких критеріїв:
— факти, що вважаються загальновідомими;
— підтвердження висловлювання яким-небудь джерелом;
— посилання на незалежне дослідження.

Отже, розповсюджуючи певну інформацію з дотриманням вищенаведених рекомендацій, маючи під собою підґрунтя, такі висловлювання не підлягатимуть судому захисту, спростуванню або доведенню та не будуть розцінені як зловживання свободою слова.

Автор статьи: Анна Батурина, Адвокатская компания «Семенов и партнеры»

Оценочные суждения

Анна Батурина,
АБ «Семёнов и партнёры»

Основания освобождения от ответственности за оценочные суждения

Статьей 47-1 Закона » Об информации » предусмотрено, что никто не может быть привлечен к ответственности за высказывание оценочных суждений.
Оценочными суждениями, за исключением оскорбления или клеветы, являются высказывания, которые не содержат фактических данных, в частности критика, оценка действий, а также высказывания, которые не могут быть истолкованы как содержащие фактические данные, учитывая характер использования языковых средств, в частности употребление гипербол, аллегорий, сатиры. Оценочные суждения не подлежат опровержению и доказыванию их правдивости.
При такой формулировке определения оценочных суждений, суды часто отказывают в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что фразы, которые оскорбляют ответчика, являются оценочными суждениями.
Закон защищает свободу слова. В частности ст. 34 Конституции Украины предусмотрено, что каждый имеет право на свободу слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений.
Но в защите этого права есть предел. Необходимо находить надлежащий баланс между правом на защиту чести и достоинства и деловой репутации лиц, с одной стороны, и свободой мысли и слова — с другой. В пункте 19 Постановления Верховного суда Украины от 27.02.2009 № 1 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства физического лица, а также деловой репутации физического и юридического лица» указано, что решая вопрос о признании распространенной информации недостоверной, суды должны определять характер такой информации и выяснять, является ли она фактическим утверждением, или оценочным суждением.

Верховный Суд Украины отметил, что оценочные суждения не подлежат опровержению и доказыванию их правдивости, а согласно ст. 277 ГК Украины не является предметом судебной защиты оценочные суждения, мнения, убеждения, критическая оценка определенных фактов и недостатков, которые, будучи выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, нельзя проверить на предмет их соответствия действительности (в отличие от проверки истинности фактов) и опровергнуть, что соответствует прецедентной судебной практике Европейского суда по правам человека при толковании положений ст. 10 Конвенции.

Журналисты очень часто пользуются возможностью, предоставленной им законом, и при возможности каждую фразу, которой не довольна лицо, называют оценочным суждением, даже если текст изложен как рассказ об определенных обстоятельствах.
Свобода выражения мнений является одной из основных устоев демократического общества и одно из принципиальных условий его прогресса и самореализации каждого лица, и делает различия между утверждениями факта и оценочными суждениями (дело «Лингенс против Австрии»).
Оценочное суждение является выводом, полученным в результате интеллектуальной, логической обработки и обобщения фактов, оценок других людей, информации справочного характера и причинно-следственной связи между указанными источниками информации.
Однако следует учитывать, что не всякое суждение является оценочным и в каждом конкретном деле такие высказывания подлежат детальному изучению.
Естественно, решение суд принимает по своему собственному видению, и задача истца доказать, что его именно оклеветали, обидели, а не высказали в отношении него свое субъективное мнение. Действенным инструментом в переубеждении суда в том, что опровергаемая информация носит характер фактических данных, а не оценочных суждений, может послужит вывод специалиста филолога.
В решении Европейского суда по правам человека по «Делу Лингенса против Австрии», были сформулированы основные позиции относительно оценочных суждений.

Какими должны быть оценочные суждения

— оценочные суждения не должны содержать фактических данных.
Сами по себе суждения является результатом психической деятельности человека, и выражают отношение лично автора к определенному событию. Суждения должны быть изложены в такой форме, что потребитель информации, ознакомившись с ней, сразу поймет, что описанное не имело место быть в реальности, и сделает правильный и адекватный вывод.
К примеру, утверждение о том, лицо привлекалось к уголовной ответственности, изложено как свершившийся факт, а не оценочное суждение. Автор этих слов или имеет доказательства того, о чем он утверждает, или просто придумывает, за что и должен быть привлечен к ответственности.
Однако, если выразить позицию, что лицо имеет привычки, как у лиц, которые привлекались к уголовной ответственности, то такое выражение является собственным суждением автора, поскольку имея определенные представления о личности, он дает ей характеристику, которая является его собственным мнением.
Т.е. основной принцип суждений заключается в том, чтобы напрямую не утверждать, а говорить опосредованно, ставить под сомнение «по моему мнению», «как мне кажется», «вероятно, возможно», «такое ощущение» и т.д.
— оценочные суждения не могут быть истолкованы как содержащие фактические данные, если в них употребляют гиперболы, аллегорию, сатиру.
Сам по себе сатирический комментарий определенного события является личным отношением лица к обстоятельствам в литературной обработке, не меняет природы высказанного.
При этом, и украинские суды, и Европейский суд по правам человека, подчеркивают, что оценочные суждения могут носить не только положительную окраску, но могут быть и такими, что негативно воспринимаются лицом.
Так, в частности в Постановлении Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике по делам о возмещении морального (неимущественного) вреда» № 4 от 31 марта 1995 указано, что критическая оценка определенных фактов и недостатков, мысли и суждения, критические рецензии произведений не могут быть основанием для удовлетворения требований о возмещении морального (неимущественного) вреда. Однако если при этом допускаются оскорбление или нарушение других защищенных законом прав личности (разглашение без ее согласия конфиденциальной информации, вмешательство в частную жизнь и т.п.), то это может повлечь за собой возмещение морального вреда.
— оценочные суждения не могут быть обидными.
К понятию «обида» в данном случае можно подойти двояко, поскольку сама по себе фраза может быть оскорбительной для конкретного человека, задевать ее чувства и достоинство, то есть характеризовать отношение человека к высказанному как оскорбительное. Как обида может выступать фраза, высказанная не с целью распространения информации, а с целью унизить человека, особенно если она высказана в неприличной форме.
Суды при рассмотрении дел довольно часто обращают внимание на то, в какой форме было высказано суждение и является ли оно приемлемым в общении между людьми. Хотя в практике Европейского суда по правам человека бывали случаи, когда даже использование таких слов, как «идиот», признавалось оценочным суждением (дело Обершлик против Австрии).
— оценочные суждения не должны быть клеветническими
В настоящее время законодательство не дает определения понятию «клевету». Очевидно, законодатель имел ввиду, что высказывание оценочных суждений на основании непроверенных или ложных сведений в СМИ является распространением выдумок, которые не защищаются законом.

Автор статьи: Анна Батурина, юрист Адвокатской компании «Семёнов и партнёры»